Что Вы больше предпочитаете: электронную или печатную версию журнала "Трансфузиология"?

Электронную
Печатную

Система Orphus журнала Трансфузиология

Остаточный риск инфицирования при переливании крови

М.Н. Губанова, С.Р. Мадзаев, К.С. Аветисян, А.В. Бахметьев, М.В. Зарубин, А.В. Караваев, Е.А. Клюева, А.В. Коденев, К.В. Кузнецов, А.Р. Максимов, У.С. Султанбаев, Н.Г. Филина, К.В. Хальзов, Л.М. Яковлева, Е.Б. Жибурт

Российская ассоциация трансфузиологов

 

Трансфузиология №4, 2013

Резюме

Определили распространенность и встречаемость инфекций у доноров крови России в 2010-2012 гг. Расчетный остаточный риск трансфузионного инфицирования в 2012 году составил: для ВИЧ – 162; ВГС – 337; ВГВ – 971 на 1 млн донаций. В информационной системе службы крови АИСТ необходимо разделить учет положительных результатов скринингового и подтверждающего тестов на маркеры инфекций. Высокий риск трансфузионного инфицирования ВИЧ, вирусами гепатита В и С стимулирует активное внедрение мер повышения безопасности крови: отбор доноров, повышение чувствительности методов скрининга инфекций, инактивацию патогенов в компонентах крови и рациональное назначение гемотрансфузий в клинике.

Ключевые слова: кровь, донор, переливание, риск, инфекции, ВИЧ, гепатит, распространенность, встречаемость.

Введение

Общепризнано, что, несмотря на все меры безопасности, остаточный риск передачи инфекции с донорской кровью сохраняется из-за серонегативного окна и других особенностей течения инфекционного процесса [1–5].

Распространенность, превалентность – количество случаев определенной болезни в популяции в определенный момент. В трансфузиологии – количество заболеваний у первичных доноров (чаще – в год). Встречаемость, инцидентность –количество случаев заболевания, возникших в течение определенного времени в определенной популяции. В трансфузиологии – выявление заболеваний у регулярных доноров [6]. Остаточный риск передачи гемотрансмиссивных инфекций рассчитывают как произведение продолжительности серонегативного периода инфекции и встречаемости [7]. По со- стоянию на 10.11.2013 указанная статья Schreiber G.B. и соавт. процитирована в 815 публикациях. В соответствии с нормативами Евросоюза ежегодный отчет о деятельности учреждений службы крови должен включать показатели встречаемости и распространенности маркеров гемотрансмиссивных инфекций у доноров крови и ее компонентов [8].

В первой российской публикации о распространенности и встречаемости у доноров крови встречаемость определили как частное количества выявленных инфекций и количества кадровых доноров [9].

В Астане расчетный остаточный риск трансфузионного инфицирования составил: для ВИЧ – 12; ВГС – 1377; ВГВ – 1254 на 1 млн донаций [10].

Представляет интерес определить распространенность и встречаемость инфекций у российских доноров, а также остаточный риск трансфузионного инфицирования.

Материалы и методы

В службе крови России создана информационная система, основанная на программе АИСТ [11, 12]. Разработчик программы А.И. Болотов специально для настоящего исследования создал приложение к программе, позволяющее подсчитать количество выявленных случаев инфекций у первичных и повторных доноров. За что авторы статьи приносят Андрею Исааковичу глубокую благодарность.

В исследовании приняли участие 48 организаций службы крови, представившие результаты обследования 773185 доноров крови и ее компонентов в 2010–2012 гг.

Образец крови от каждой донации обследовали на маркеры 4 гемотрансмиссивных инфекций: вирус иммунодефицита человека (ВИЧ) (антиген р24 ВИЧ-1 и антитела к ВИЧ- 1/2), вирус гепатита В (ВГВ) (поверхностный антиген ВГВ, HBsAg), вирус гепатита C (ВГC) (антитела к ВГС) и сифилис (антитела к бледной трепонеме). Доля доноров, включенных в исследование, составила 9–18% аналогичной категории доноров всей страны [13–15] (табл. 1).

Полученные данные анализировали с использованием дескриптивных статистик и корреляционного анализа при уровне значимости 0,05. При расчете встречаемости инфекций учли, что средняя частота донаций повторных доноров в России составляет 2,4 раза в год [15]. Распространенность рассчитывали на 100000 доноров. Встречаемость рассчитывали на 100000 человеко-лет с учетом средней частоты донаций.

Результаты и обсуждение

Инфекции у доноров

Известно, что АИСТ не формирует установленную [16] российскую отчетную форму организации, заготавливающей кровь, (№39) [17]. Также на результаты исследования могло повлиять разночтение роcсийских правил [18], в которых отсутствует алгоритм выбраковки крови и отвода донора. ВОЗ рекомендует кровь браковать после получения повторного положительного результата скрининга, а донора отводить по положительному результату подтверждающего теста [19].

Высокая частота регистрации ВИЧ-положительных результатов у доноров, включенных в исследование, может быть обусловлена учетом результатов скрининга, а не подтверждающего теста (табл.2).

Остаточные риски трансфузионного инфицирования (ОРТИ) вирусами гепатита В (ВГВ), гепатита С (ВГС) и ВИЧ являются основными объективными количественными показателями вирусной безопасности службы крови. Оценки остаточных рисков трансфузионного инфицирования ВГС, рассчитанные на основе анализа данных обследования (скрининга) доноров крови, мониторинга реципиентов множественных трансфузий и контрольного тестирования плазмы крови для производства ее препаратов, аналогичны полученным в настоящем исследовании, и составляют 940, 1600 и 630 на 1 млн кроводач, трансфузий и единиц плазмы соответственно [21].

Рассчитанные классическим способом ОРТИ в США составили: для ВИЧ – 2,03; ВГС – 9,70; ВГВ – 15,83 на 1 млн донаций [7]. По нашим данным, ОРТИ при переливании крови доноров России для ВИЧ, ВГВ и ВГС – соответственно, в 80, 35 и 61 раз выше, чем в США.

Следует подчеркнуть ограниченность нашего исследования: корректный расчет встречаемости может быть основан на учете интервала между предпоследней и последней донациями – в каждом конкретном случае выявления инфекции у регулярного донора. Очевидно, что автоматизация такого учета – важное направление развития информационной системы службы крови России. ОРТИ ВГВ в Казахстане в 3,7 раза, а ВГС – в 1,4 раза выше, чем в России. ОРТИ ВИЧ, напротив, в России в 13,4 раза выше, чем в Казахстане [10], что еще раз подтверждает возможность ошибочной автоматизированной регистрации российской информационной системой службы крови ВИЧ-ложноположительных результатов скрининга донорской крови.

Особо следует отметить необходимость программного определения встречаемости инфекций – с индивидуальной регистрацией периода между серонегативной и серопозитивной донациями.

Показатели донорства, встречаемость и распространенность инфекций в отдельных организациях

Представляет интерес анализ распространенности и встречаемости инфекций как по отдельным организациям, так и по нозологическим формам. Обращает на себя внимание широкий диапазон масштаба организаций, участвующих в исследовании. Так, соотношение верхнего и нижнего квартиля первичных доноров в 2012 году составило 12,8, а повторных доноров – 11,8. При этом 25% наименьших организаций принимали не более двух доноров в день и вероятность попадания инфицированного человека в их число ограничивалась объемом выборки, а возможно и обследованием донорской крови во внешней крупной лаборатории (табл. 7).

Расчет распространенности и встречаемости инфекций у доноров в отдельных организациях проводили без учета частоты донаций повторных доноров, поскольку в каждом отдельном случае этот показатель не регистрируется и неизвестен (табл.8 и 9). Недостоверность данных небольших организаций послужила основанием стратометрического отбора для последующего анализа 24 организаций, количество повторных доноров в которых было выше медианы исходной выборки [22].

Эта группа была более однородной (соотношение верхнего и нижнего квартиля первичных доноров в 2012 году составило 6,2, а повторных доноров – 3,6) и каждая организация в среднем принимала более 10 тысяч доноров ежегодно (табл. 10–12).

В крупных организациях количество первичных доноров положительно коррелирует с количеством повторных доноров (r=0,70; p<0,05). Также количество первичных доноров положительно коррелирует с распространенностью маркеров ВИЧ (r=0,38; p<0,05) и сифилиса (r=0,35; p<0,05), а также встречаемостью маркеров сифилиса у повторных доноров (r=0,40; p<0,05). Очевидно, что такая прямая корреляция скорее всего обусловлена стабильной долей ложноположительных результатов лабораторного скрининга. Количество повторных доноров не коррелирует с показателями инфекционного статуса.

Интересно оценить соотношение показателей распространенности и встречаемости отдельных инфекций (табл. 13). Максимальная близость этих показателей ВИЧ-инфекции вряд ли свидетельствует об избирательно высоком риске инфицирования регулярных доноров. Скорее всего вновь учитываются ложнополо жительные результаты лабораторного скрининга.

Положительная корреляция показателей распространенности и встречаемости отдельных инфекций (табл. 14) свидетельствует о большом потенциале работы по формированию контингента регулярных доноров с минимальным риском инфицирования. Не следует также исключать и возможность систематических ошибок лабораторного скрининга крови первичных и повторных доноров.

Отсутствие корреляции распространенностей ВИЧ и ВГВ – признак различных механизмов передачи ВИЧ и ВГВ в общей популяции. Отсутствие корреляции распространенности ВИЧ и встречаемости ВГВ, ВГС и сифилиса – признак различных механизмов передачи ВИЧ в общей популяции и других гемотрансмиссивных инфекций среди доноров.

Положительные корреляционные связи всех показателей встречаемости инфекций можно расценивать как признак преимущественно единого механизма инфицирования повторных доноров – половым путем.

Выводы

1. Впервые определены распространенность и встречаемость гемотрансмиссивных инфекций у доноров крови России. Эти показатели целесообразно ввести в официальную отчетность организаций российской службы крови.

2. В российских нормативных документах нужно внедрить критерии выбраковки крови и отвода донора по результатам скрининга маркеров гемотрансмиссивных инфекций.

3. В информационной системе службы крови АИСТ необходимо разделить учет положительных результатов скринингового и подтверждающего тестов на маркеры инфекций.

4. Отсутствие корреляционных связей показателей распространенности и встречаемости гемотрансмиссивных инфекций – признак различных механизмов передачи инфекций. Выявленные в настоящем исследовании положительные корреляционные связи всех показателей встречаемости инфекций можно расценивать как признак преимущественно единого механизма инфицирования повторных доноров – половым путем.

5. Высокий остаточный риск трансфузионного инфицирования ВИЧ, вирусами гепатита В и С стимулирует активное внедрение мер повышения безопасности крови: отбор доноров, повышение чувствительности методов скрининга инфекций, инактивация патогенов в компонентах крови и рациональное назначение гемотрансфузий в клинике. Выражаем признательность А.И. Болотову.

Научно-практический журнал «Трансфузиология» © 2012-
Категория 16+
Использование материалов «Трансфузиология» разрешено только при наличии активной ссылки на источник.
Все права защищены.